Генерация свежая (стена текста)
За дверью слышатся удаляющиеся шаги, мат и приглушённый разговор. О чем они там, можно не гадать: дежурного, который его забирал, сейчас, судя по интонациям, имеют на чем свет стоит. Мол, кого привёз? Уродца этого? Теперь с ним возись, оформляй, а он, может, вообще инвалид детства, неприкосновенный.
Даня усмехается в темноте. Неприкосновенный. Как же.
Он нашаривает рукой рюкзак. Рюкзак — это святое. Там сменное бельё, пара носков, сухпай (две банки тушенки, галеты, плавленый сырок, который он сэкономил ещё в интернатовской столовой), фонарик, нож и самое главное — «Свидок» Платонова. Книгу эту ему воспитательница подарила на прощание. Сказала: «Ты, Даня, сам как этот... как мальчик из рассказа. Дорогу ищешь, где все равны». Даня книгу пока не читал, тяжелая, но в рюкзаке носил, как талисман. И компас. Обычный туристический, со свистом купленный в комиссионке в Брянске.
Протезы надеты ровно, привычная тяжесть в штанинах, легкая боль в натёртых за день культях — привычно. Он делает несколько шагов по кафельному полу, прислушиваясь к себе. Не скрипят, не шатаются. Можно идти.