— Короче, слушай сюда, в натуре. У меня пацан растет, прикинь?
В кабинете сразу тишина такая наступила, хоть топор вешай. Геншер, этот ихний маг в погонах, сидит и глазами хлопает, пытается всосать, че за предъява. Когда молчанка уже совсем затянулась, витязь Долтон еще раз в лоб бьет:
— Сын, говорю, у меня есть. Понял, нет?
— Да ну, ты че, — маг аж задергался, — быть такого не может!
— Факт, бля, медицинский.
— Прям твой? Слышь, извини, ляпнул не подумав, — затараторил колдун, — но как ты так умудрился-то?
— Да жил я там у одной ведьмы в избушке, и как-то зимней ночью завалилась ко мне местная... ну, травница, короче.
— Ну и?..
— Ну и перепихнулись мы, че непонятного.
Маг аж поморщился, типа он такой весь из себя эстет, и уточняет:
— Че, с первого захода, что ли?
— Не, ни фига. Утром она свалила, а через пару дней я уже сам к ней приперся.
— Приворожила, сука?
— Да не, Шер, — витязь его так по-свойски назвал, как только кореша близкие могут. Хотя этих двух эльфов связывала не просто дружба, а почти косарь лет совместной пахоты на благо родины. Это, брат, посильнее любой любви будет.
— Любовь, значит?
— Хрен его знает, — Долтон помолчал и выдал, — не знаю я...
— И кто она? Просто девка с огородом?
— Эх, если бы... Помнишь, пятнадцать лет назад на короля Аниарка кипиш был, покушение?
— М-м, погоди... — маг давай в своем шаре магическом копаться, архивы листать. Нашел бумагу, вчитался: — А, ну да, было дело... — Ну, как "вспомнил", просто освежил в башке, че там полтора десятка лет назад творилось. — Так... там темную эльфийку замели, травницу. Чтобы она проклятие не кинула, ей уши оттяпали и вышвырнули на мороз. Звали ее... Н'Дэви Туминхум?
— Она самая.
— И ты знал?
— Ну... — витязь замялся, — скажем так, догадывался.
— И она от тебя залетела?
— Да.
— И родила? — увидел, как Долтон на него посмотрел, и сразу исправился: — А, ну да, туплю. Совсем я с этой работой зашился, извини.
— Стареешь, Шер, тормозишь конкретно.
— Да? Думаешь? Тайли тоже так говорит...
— Так что лезь в свою ванну магическую, пока совсем не завял.
— Ладно, ты че хотел-то? Чтобы я пацана признал?
— Да плевать мне на эти бумажки... — витязь встал, выпрямился и так официально выдает:
— Я в отставку подаю. Ухожу, короче.
Маг долго молчал, а потом говорит:
— Никакой отставки, брат, извини. Проси че хочешь, любую хрень, но не это. Ты мне сейчас нужен как воздух, понял?
— Да я тебе всегда нужен "как никогда". Гонца за тридевять земель послать? Долтон. Заговор раскрыть? Долтон. Принца охранять? Опять Долтон. Я че, мастер на все руки, что ли?
— Проси че хочешь, друг. Любую тему, кроме этой.
— Положи моего сына в Купель.
— На фига?
— Здоровье у него ни к черту. Совсем слабый.
— Да привози его в Столицу, говно вопрос, — маг плечами пожал.
— Ты не всосал. Он реально слабый. Дорогу не вывезет, тем более такую дальнюю, да еще на грифоне.
— Ну, эти... — маг пальцами защелкал, — тангарские... как их... лодки с пузырями.
— Дирижабли?
— Во-во. Нет. Ты же знаешь, они высоко поднимаются, там воздух другой.
— То есть... у твоего пацана с магией стихий беда?
— У моего сына со всем беда. Со всеми силами, понял?
— М-да, телепортацию он тоже не сдюжит... — пробормотал маг, — и трансгрессия не катит.
— Угу, — хмуро буркнул Долтон.
— То есть ты пацана привезти не можешь и просишь Купель... Это че, мне самому туда лететь и там ее строить?
— Выходит, что так, — кивнул витязь.
— Ты че, охренел совсем? — Геншер аж подпрыгнул от такой наглости.
— Ну тогда подписывай отставку, — спокойно ответил Долтон.
— И че ты там делать будешь?
— Буду там с ним и с Н'Дэви.
— Ну ты и задачку задал, кореш, — маг вздохнул.
Витязь хмыкнул:
— А то. Я ж у нашего великого короля учился.
— Угу...
— Кстати, прикинь еще: Купель в тех краях позволит нам их под себя подмять через храм.
— Ладно, иди уже, — отмахнулся маг, — думать буду.
Энселиэрн дан Лориделл, солнечный князь и крутой витязь, поклонился своему корешу и начальнику Геншеру и свалил из этой башни.