KarelWintersky / 0.md

Last active 3 months ago

Like 0

KarelWintersky revised this gist 7 months ago · 512c0ee

1 file changed, 2 insertions, 3 deletions

0.md

KarelWintersky revised this gist 7 months ago · d9b865a

5 files changed, 289 insertions

0.md (file created)

1.md (file created)

2-1.md (file created)

2-2.md (file created)

Diff is too large to be shown

2.md (file created)

Diff is too large to be shown

			@@ -1,6 +1,5 @@
1		-	# Промпт
2		-
3	1		В замке двери гремит ключ.
	2	+
4	3		-- Мышкин! С вещами на выход!
5	4		Я уже не сплю. Проснулся с полчаса назад, сделал зарядку, растёр ноги, сейчас лежу, закинув руки под голову, а ноги на рюкзачке. Даю им отдых заранее, чую, сегодня придется много ходить.
6	5		-- Щас! Обуваюсь, -- кричу в ответ.
			@@ -11,4 +10,4 @@
11	10		И выходит. Даже дверь не закрывает.
12	11		Продолжаю. Тонкий чулок до бедра, носок, второй носок. Повторить с правой. Протезы засунуть в штанины. Культи в протезы. Затянуть ремешками. Вытянуть ходули - вроде ровно надел, в полумраке-то, а? Потопать пару раз по полу. Не, ровно. Встать, подтянуть штаны, подпоясаться. Теперь бы в туалет только и пожрать.
13	12
14		-	продолжи историю про подростка Даню Мышкина, который ходит на протезах и которого "загребли" в ментовку в Архангельске. Даня приехал из интерната под Брянском и хотел попасть в Полярную Зону за артефактами... но на вокзале у него проверили документы, а потом задержали - полиции ясно-понятно, что делать подростку в приграничном городе...
	13	+	продолжи историю про подростка Даню Мышкина, который ходит на протезах и которого "загребли" в ментовку в Архангельске. Дане 18 лет, он приехал из интерната под Брянском и хотел попасть в полярную аномальную Зону за артефактами... но на вокзале у него проверили документы, а потом задержали - полиции ясно-понятно, что делать подростку в приграничном городе…

		@@ -0,0 +1,14 @@
1	+	# Промпт
2	+
3	+	В замке двери гремит ключ.
4	+	-- Мышкин! С вещами на выход!
5	+	Я уже не сплю. Проснулся с полчаса назад, сделал зарядку, растёр ноги, сейчас лежу, закинув руки под голову, а ноги на рюкзачке. Даю им отдых заранее, чую, сегодня придется много ходить.
6	+	-- Щас! Обуваюсь, -- кричу в ответ.
7	+	Опираюсь локтями о топчан, стягиваю культи с рюкзачка, начинаю натягивать на левую чулок. В такой позиции меня и застает мент.
8	+	-- Мышкин! Ёпт... ты чё? Эт чё, ног нет?
9	+	-- Ну. На протезах хожу.
10	+	-- Ну блядь... -- крутит он головой, -- ладысь, одевайся и на выход.
11	+	И выходит. Даже дверь не закрывает.
12	+	Продолжаю. Тонкий чулок до бедра, носок, второй носок. Повторить с правой. Протезы засунуть в штанины. Культи в протезы. Затянуть ремешками. Вытянуть ходули - вроде ровно надел, в полумраке-то, а? Потопать пару раз по полу. Не, ровно. Встать, подтянуть штаны, подпоясаться. Теперь бы в туалет только и пожрать.
13	+
14	+	продолжи историю про подростка Даню Мышкина, который ходит на протезах и которого "загребли" в ментовку в Архангельске. Даня приехал из интерната под Брянском и хотел попасть в Полярную Зону за артефактами... но на вокзале у него проверили документы, а потом задержали - полиции ясно-понятно, что делать подростку в приграничном городе...

		@@ -0,0 +1,72 @@
1	+	# Генерация ноября 2025
2	+
3	+	Отличное начало! Продолжаю в том же ключе и настроении.
4	+
5	+	Туалет, как я и ожидал, оказался дырой в полу с ржавыми подтёками и вечным запахом дезинфекции, въевшимся в бетон. Справился быстро, благо с протезами давно научился управляться без лишних телодвижений. Жрать, конечно, не дали. Мысленно послал к чёрту того менто́вского повара, который в это время наверняка жарит себе яичницу на чистом сливочном масле.
6	+
7	+	Вернулся в «кабинет» — обычную комнату с облезлым зелёным стеном, столом и двумя стульями. Мои вещи, рюкзак тот самый, лежали в углу, вывернутые, будто их стошнило. Сердце ёкнуло: проверяли. Но самое главное — карта и записи — были зашиты в подкладку, их не нашли. Успокоился.
8	+
9	+	Сижу, жду. Время тянется как холодный соловецкий кисель. Считаю трещины на потолке. До двадцати трёх.
10	+
11	+	Наконец, заходит тот самый, что утром удивился моему отсутствию ног. Вид скучающий, в руках папка с моими, видимо, документами из интерната.
12	+
13	+	— Ну, Мышкин, давай по-бырому. Говори, зачем в Архангельск приперся? Бегать отсюда через границу собрался? Шпионить? Или наркоту перевозить? На костылях-то твоих тебя любая собака догонит.
14	+
15	+	Он ждал испуга, заикания, оправданий. А я устал. Устал от этих тупых взглядов, от одних и тех же вопросов.
16	+
17	+	— В отпуск приехал, — говорю. — Море посмотреть, северное сияние. В Брянске с этим туго.
18	+
19	+	Мент не ожидал такого. Хмыкнул, плюхнулся на стул передо мной.
20	+
21	+	— Остроумно. Щас я тебя пошутить заставлю по-другому. Документов при себе нет, кроме этой справки из дурки…
22	+
23	+	— Это не дурка, а интернат для детей-инвалидов, — спокойно поправляю я.
24	+
25	+	— Неважно! — он стучит пальцем по столу. — Без справки о выбытии, без уведомления опеки… Ты беглец. И находишься в приграничной зоне без разрешения. Это серьёзно. Так, последний раз спрашиваю: зачем тебе здесь надо?
26	+
27	+	Я смотрю ему прямо в глаза. Врут, что у них взгляд стальной. Обычный уставший взгляд человека, которому всё надоело.
28	+
29	+	— Артефакты ищу, — говорю честно.
30	+
31	+	Он замирает с открытым ртом.
32	+
33	+	— Какие ещё артефакты?
34	+
35	+	— Полярной Зоны. Из прошлого. Детали машин, монеты, документы. Коллекционирую. Продать хочу. Денег нет.
36	+
37	+	Во взгляде менто́са читаю целую гамму чувств: недоумение, разочарование, жалость и окончательную уверенность в том, что перед ним просто даун-инвалид с поехавшей крышей. Это именно то, что мне нужно.
38	+
39	+	— Ты серьёзно? — его голос стал на полтона тише. — Это же бред, мальчик. Там зона отчуждения, радиация, охрана…
40	+
41	+	— Я по периметру, — shrugging. — Где заброшки старые. Никого нет. По карте смотрю.
42	+
43	+	Он молча листает моё дело. Видимо, ищет диагнозы.
44	+
45	+	— Слушай, Мышкин… Даня… — он вдруг становится почти человечным. — Ты же умный парень, судя по всему. Руки-то есть, голова работает. Зачем тебе это? Тебя же убьют, или схватят, или ноги отвалятся окончательно. Сапоги твои эти… — он кивает на мои протезы, — в снегу утонут.
46	+
47	+	— На лыжах ходить умею, — парирую я.
48	+
49	+	Он вздыхает, закрывает папку. Принял решение.
50	+
51	+	— Ладно. Валить тебя по статье за бродяжничество — себе дороже. Опека замучает. Сегодня же на поезд обратно. В интернате тебя уже хватились, мы с ними на связи.
52	+
53	+	Вот это был удар. Хуже, чем если бы посадили. Всё к чёрту. Все планы.
54	+
55	+	— Мне бы только… — начинаю я.
56	+
57	+	— Ничего тебе не «бы», — он резко встаёт. — Сейчас тебя покормят, потом повезут на вокзал. И чтоб я больше тебя здесь не видел. Понятно?
58	+
59	+	Я опускаю голову. Делаю вид, что сломлен. Играю свою роль до конца.
60	+
61	+	— Понятно.
62	+
63	+	Он уходит, оставив дверь открытой. Я слышу, как он говорит дежурному в коридоре:
64	+
65	+	— …инвалид из интерната, с кашей в голове. Какой шпион, какой беглец… Гоните его нахер отсюда, и чтоб без происшествий.
66	+
67	+	Внутри у меня закипает торжество. Они купились. Они видят только то, что хотят видеть: калеку-сироту с бредовой идеей. Они не видят стальной пружины внутри. Не видят карты, что жжёт мне грудь в потайном кармане.
68	+
69	+	Меня отвезут на вокзал. Посадят на поезд. Но они не знают, что я сойду на первой же остановке. Что у меня в рюкзаке, под подкладкой с «артефактами», лежит старая, истрёпанная книжка — «Справочник путешественника по Северной железной дороге. 1978 год выпуска». Там отмечены все полузаброшенные ветки, разъезды и остановочные пункты, которых давно нет на современных картах.
70	+
71	+	Они думают, что везут меня назад. А я только начинаю свой путь.
72	+

		@@ -0,0 +1,55 @@
1	+	Дверь осталась открытой. В коридоре дежурка, пахнет махоркой, кипятком и ещё чем-то казённым, чем всегда пахнут такие места — щами, которые никто не доел, и тоской.
2	+
3	+	Я вышел. Протезы стучат по крашеному полу чётко, как костяшки счёт. Стараюсь идти ровно, не хромать. В дежурке за столом сидит тот самый мент, что меня будил, листает какой-то журнал. Увидел меня, отложил цигарку.
4	+
5	+	— Слышь, Мышкин, а как ты… ну это? — он покрутил пальцем у своей штанины. — С детства?
6	+
7	+	— С четырнадцати, — говорю. — Поездом отрезало. Я на путях уснул, пьяный был. С тех пор не пью.
8	+
9	+	Это неправда. Правду я ему рассказывать не собираюсь. Про то, как мы из интерната сбежали на товарняке, как я сорвался, когда нас менты снимали, как колёса хрустнули — это моё, личное. Да и не поверит он.
10	+
11	+	— Поездом, значит, — он как-то по-новому на меня посмотрел. — А сейчас куда прёшься? В Архангельске самом чего не сидится? Родня есть?
12	+
13	+	— Сирота, — говорю коротко. — В интернате я. Выпустился вот. Решил море посмотреть.
14	+
15	+	— Море, — хмыкнул он. — Тут до моря, парень, пилить и пилить. И не на протезах. Ты мне зубы не заговаривай. У тебя в рюкзаке раскладушка, сухпай на неделю и компас военный. Ты в тундру собрался? По грибы? По ягоды?
16	+
17	+	Я молчу. Он вздыхает, трёт ладонью небритое лицо. Видно, что ночь была тяжёлая, и тут ещё я со своими ходулями.
18	+
19	+	— Ладысь, Мышкин. Колись давай по-хорошему. Кто тебе сказал, куда идти? Кто проводник?
20	+
21	+	— Нету проводника, — говорю. — Сам. В интернете читал. Про Зону, про артефакты. Думал, если найду что, продам. Мне протезы нормальные нужны, спортивные. А где деньги брать? Пособие? Там только на чулки-носоки и хватает.
22	+
23	+	Мент слушает, не перебивает. Потом встаёт, идёт к титану, наливает в кружку кипятку, кидает туда два куска сахара, размешивает ложкой с погнутым черпаком. Ставит передо мной.
24	+
25	+	— Пей. И жри давай, вон бутер с сервелатом. Не ссы, не отравлено.
26	+
27	+	Я жую. Хлеб чёрствый, колбаса краями подсохла, но горячо и сладко во рту, и я понимаю, что зверски хочу есть. Он смотрит, как я жую, и молчит. Потом говорит:
28	+
29	+	— Зона, говоришь... Эх, Мышкин-Мышкин. Тут мужики опытные пропадают. А ты... Ну ладно, допустим, дошёл бы ты. Допустим, нашёл бы эту аномалию. А обратно? Ты про "карусель" слышал? Про то, как там время течёт? Или про ловушки? Нет? То-то.
30	+
31	+	Он закуривает, пуская дым в открытую форточку.
32	+
33	+	— Слушай сюда. Я тут не первый год. Знаю одного человека. Он в Зону ходит, сталкер ещё с тех пор, как это всё... короче, легально-нелегально, но жив пока. Он тебя, может, и не возьмёт. Но если возьмёт — слушаться его как бога. Икону. Мать родную. Всё, что скажет — делать. Понял?
34	+
35	+	— Понял, — говорю, и сердце ухает куда-то вниз, в пустоту, где у нормальных людей ступни.
36	+
37	+	— Документы у тебя с собой? Паспорт?
38	+
39	+	— В рюкзаке.
40	+
41	+	— Тащи. Я тебе справку накатаю, что проверен, отпущен, претензий не имею. И адресок дам. Сходишь по нему сегодня. Если повезёт — завтра к вечеру будете на месте. Если нет — дуй обратно в свой интернат, пока не замёрз.
42	+
43	+	Я иду в камеру, собираю рюкзак. Руки дрожат. Не от страха. От того, что всё как-то слишком быстро. Мент пишет справку, корявым почерком, печать ставит — синюю, размазанную. Протягивает мне вместе с бумажкой, на которой адрес: "Ул. Набережная, д. 13, кв. 7. Спросить Степаныча".
44	+
45	+	— И вот ещё, — он лезет в сейф, достаёт плоскую фляжку, плескает в пустую кружку из-под кипятка. — Опрокинь. Для сугреву. И для храбрости.
46	+
47	+	Я морщусь, но пью. Водка как водка, обжигает горло, разливается теплом в груди. Киваю.
48	+
49	+	— Спасибо, дядька...
50	+
51	+	— Сергеич я, — говорит мент. — Иди уже, Мышкин. И... это... Ноги береги. Они у тебя одни. Других не будет.
52	+
53	+	Выхожу на улицу. Архангельск встречает серым небом, мокрым снегом и запахом моря, который я сначала не узнаю — пахнет рыбой, солью и холодом. Достаю бумажку, смотрю адрес. Набережная, дом 13.
54	+
55	+	Поворачиваюсь спиной к вокзалу и иду в сторону Северной Двины. Протезы стучат по мокрому асфальту. Впереди — Зона, Степаныч и, может быть, новая жизнь. Или просто снег, который всё идёт и идёт.